Беспредел, самооборона и маршрутки

Сторонники «сильного государства» свято верят в то, что государство обязано защищать своих граждан от любых напастей и бед — и в этом они совершенно правы. Однако в чём они заблуждаются, так это в том, что государство, насколько могущественным бы оно ни было, вообще способно защитить кого-либо от всех напастей этого жестоко мира. И уж тем более оно неспособно защитить своих граждан от самого себя.

Если вы внимательно следите за ситуацией вокруг ООО «Казачий Двор», то вы понимаете, о чём я. Если нет, перечитайте следующие материалы: Маршруточные войны, Маршруточные войны — 2, Маршруточные войны — 3 (осторожно, в последней ссылке автоматом запускается видео).

Правоохранительные органы оказались совершенно бессильны при очевиднейших преступлениях — даже при известных преступнках. Более того, преступники ни капли не сомневаются в своей безнаказанности и даже не стесняются раскрывать причину такой смелости — плотные связи с представителями региональной власти. Закон не может остановить их, потому что они и есть закон. Власти ничего не делают, чтобы остановить беспредел — потому что беспредельщики здесь власть.

Что могло бы помочь честным законопослушным гражданам защититься от откровенного беспредела бандитов при явном покрывательстве властей? Возможность действовать независимо от властей. Шанс защитить себя без помощи властей. Инструменты защиты от самих властей.

Как никогда здесь актуальна поговорка «Господь Бог создал людей, а полковник Кольт сделал их равными». Осмелился бы Ян Каминский блокировать автобусы конкурентов, если бы каждый водитель был оснащён табельным «Макаровым»? Стал бы Олег Петрукович ходить по квартирам водителей, зная, что там его встретят с заряженным ТТ? Если бы не монополия на насилие, стал бы кто-либо обращаться за помощью к корумпированной государственной полиции, если можно было бы обратиться к частным полицейскийм/милиционерам/дружинникам?

Конечно, обывателям совсем не интересны разборки предпринимателей — для них коммерсанты все жулики и воры, не зависимо от того, насколько честно стараются предприниматели вести свой бизнес.  Поэтому легализация короткоствола, равно как и внедрение доктрины «Мой дом — моя крепость» — это действенные, но не единственные шаги по борьбе с беззаконием. Другое направление — это просвещение с целью развития уважения к частной собственности и предпринимательской деятельности.

Совсем недавно я целый час ждал маршрутку, чтобы уехать с остановки «18 микрорайон». Эта история не имеет отношения к предыдущей, поскольку мне нужны были маршрутки №3 или 56, в упомянутых разборках (вроде бы) не затронутые. Однако уехать оказалось нереально, посокольку время было после 22:00. Все подъежавшие на остановку 56-е ехали до ул. им. ак. Королёва (что у них там — депо? общежитие для водителей?), а «троек» вовсе не было видно. При том, что совсем недавно существовали поздние 3 и 56, идущие до вокзала, и 56, идущая до Доватора.

С одной стороны, показательна реакция стоявших на остановке бабушек, для которых маршрутчики «обязаны» возить их хоть до полуночи — тогда как никаких подобных регламентов я не обнаружил, а у большинства маршрутных такси официальное окончание работы в 21:30-22:00. Однако бабушки призывали нас, «молодёжь» посмотреть в этих наших компьютерах, куда звонить и жаловаться, да и вовсе призывали звонить или писать Юревичу, чтобы навёл порядок. Куда нужно позвонить, чтобы этим бабушкам объяснили, что поздние маршрутки — это не обязанность извозчика, а его прихоть и приблуда, своеобразный подарок запоздалым пассажирам?

С другой стороны — действительно странно, что маршруток стало не дождаться, хотя раньше уехать после десяти было вполне реально. Тоже пали жертвами маршруточных войн?

Реклама

Бирюлёво как симптом

Сегодня (технически, уже вчера) в московском районе Западное Бирюлёво произошёл русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Сотни, тысячи взрослых людей пошли громить торговый центр и овощную базу, переворачивать автомобили (в т.ч. грузовые), избивать людей неславянской внешности — и всё потому, что  три дня назад одного молодого парня убил якобы «приезжий с Кавказа», которого до сих пор никто не арестовал.

Причины этой бессмысленной жестокости можно искать хоть в тлетворном влиянии митингов Болотной площади (собственно, данный текст является реакцией на подобное мнение), хоть в засилии приезжих, хоть в кознях людей-ящеров с планеты Нибиру. А можно подумать — откуда вообще в людях столько злости? Разве такие события нормальны для цивилизованной европейской страны?

Усталость и страх

Одним из самых неожиданных для меня требований участников «народного схода» было разрешение огнестрельного оружия — возможно, жители Бирюлёво осознали, что убивает не оружие, а люди (пострадавшего зарезали ножом), но скорее всего за огнестрел выступили идейные националисты. Тем не менее, это действительно обоснованное требование. Если бы у того парня был короткоствол, он мог бы до сих пор радоваться жизни, а убийца как минимум был бы наказан, если бы вообще был жив. Да даже если бы погибший был идейным пацифистом, преступник, зная, что у любого прохожего может быть оружие, не рискнул бы совершать зло. Убийства попросту не было бы.

Однако людей убивают прямо на улице при свидетелях, потому что убийцы уверены в своей безнаказанности: законопослушным гражданам запрещено иметь при себе оружие, а полиция никогда не оказывается на месте вовремя. В результате, преступнику совершенно ничего не угрожает.

У большинства людей, безопасность относится к базовым потребностям, наряду с пищей и кровом. В России у многих эта потребность не удовлетворяется. Это создаёт огромное напряжение, повышающее усталость и озлобленность. Погромы — это форма отчаяния, когда нападение рассматривается как единственный способ защитить себя и близких.

Безразличие власти

Другой причиной, толкающей всё больше людей на улицы, является тотальное бездействие правоохранительных органов. С людей годами собираются налоги, из которых триллионы рублей тратятся на содержание послушной государству армии, которая избивает возмущённых налогоплательщиков вместо того, чтобы защищать их от реальных преступников, после чего суды отправляют невиновных на принудительное психиатрическое лечение. В результате у большинства населения нет доверия ни к полиции, ни к судам — а в таких случаях роль суда всегда играет суд Линча.

При этом, как уже сказано выше, люди лишены возможности самостоятельно защитить себя в случае опасности. И вполне естественно, когда самые отчаянные и злые объединяются в толпу и стремятся совместно уничтожить то, что представляет для них угрозу. Ну, или хотя бы продемонстрировать свою силу: «Парни, мы показали нашу силу, пора уходить!»  — прокричал мужчина, возглавлявший группу погромщиков.

В условиях, когда полиция и суды не работают, их функции выполняют бандиты и самосуд. И жители Бирюлёво добровольно передали националистам все необходимые полномочия. Основные разрушения осуществляла лишь небольшая группа, но эту банду толпа приветствовала, как героев. Их действия, с точки зрения участников «народного схода» были легитимными.

 Заблуждения и пропаганда

Почему же, несмотря на очевидную вину государства и федеральных властей, виноватыми были объявлены «чурки»?

Во-первых, конечно, это банальная ксенофобия, естественная неприязнь инородцев, иноверцев, «не таких». Никто не обязан любить представителей чужой национальности, расы, культуры.

Во-вторых, это постоянное заострение внимания СМИ на так называемом «национальном вопросе». При этом, в направлении повышения градуса ненависти работают как официальные. федеральные СМИ, так и подпольная агитация экстремистов.

При всём при этом, уровень национальной преступности в общественном мнении явно превышает реально существующий. Но ведь убивают не только «чурки» и не только русских! Уровень преступности просто высок, из-за чего уровень национальной преступности тоже кажется высоким, при том, что относительно всех прочих преступлений, приезжие ведут себя довольно прилично. Просто уровень шумихи вокруг них гораздо выше.

Ситуация с национализмом в целом схожа с боязнью летать. Когда разбивается какой-либо самолёт, гибнет сразу много людей. Тем не менее, гражданская авиация является наиболее безопасным видом транспорта, тогда как лидером по смертности является автомобиль. Так и дерзкие, резонансные преступления «кавказцев» являются скорее исключением для тихих и забитых иммигрантов, и без того испытывающих давление со стороны полицейских и местного населения, и потому старающихся как можно меньше «светиться»

Русский самосуд

Так кто, в результате, был наказан?

Были наказаны собственники и сотрудники торгового центра «Бирюза» и овощной базы. В этом ТЦ на добровольной основе работают люди неславянской внешности. В этом ТЦ жители Бирюлёво на добровольной основе совершают покупки. Если бы в русских людях была хоть капля уважения к частной собственности, они могли бы просто бойкотировать ТЦ, сделав его существование в прежнем виде не выгодным собственникам и без применения насилия. С овощной базой всё обстоит не так просто, ведь это элемент системы оптовой торговли — чтобы нанести ей экономический вред, требуется более сложный расчёт — и, опять же, капля уважения к частной собственности. Возможно, эта капля была, но жар народного гнева высушил её.

Были наказаны представители среднеазиатских национальностей — таджики и узбеки — тогда как убийца был определён как «выходец с Кавказа». Я даже не говорю о том, что не стоит стричь под одну гребёнку всех чеченцев и дагестанцев (которые являются гражданами Российской Федерации), а также смешивать с ними армян и грузин (которые к нам особо не стремятся). Проверьте, где находятся Таджикистан, Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, откуда приезжает подавляющее большинство трудовых иммигрантов — вы убедитесь, что они не имеют никакого отношения к Кавказу.

Были наказаны собственники автомобилей, припаркованных на пути следования митингующих и возле ТЦ и овощебазы. Возможно ли было определить, какие из них принадлежат выходцам с кавказских гор, а какие — братьям-славянам? Разве что по наличию/отсутствию в кабине православного крестика и икон, либо мусульманского полумесяца и надписей арабской вязью — и то, не самый верный принцип определения национальной (а не культурно-религиозной)принадлежности. Но сомнительно, что кто-либо вообще обращал внимание на такие вещи, когда бил стёкла и переворачивал авто. И уж тем более всем плевать, что кавказцев там вовсе не было

Немного пострадал и муниципалитет — принадлежащие ему урны и мусорные баки были сдвинут со своих мест и использовались для баррикад или в качестве оружия. Однако среди них могли оказаться и те, что обслуживаются частными фирмами. И вновь — при чём здесь местные власти, если право на самооборону и справедливый  суд нарушается по всей стране?

А был ли наказан убийца? Велика вероятность, что он не пострадал даже косвенно.

Не(с)частная собственность

Смешно и грешно сейчас говорить о частной собственности, когда речь идёт о человеческих жизнях и судьбах: погиб русский парень, потом страдали нерусские, но тоже люди, а скоро начнутся судебные процессы по уголовному делу — и не ясно пока, скольких подозреваемых свинтили за дело, а сколько просто попало под раздачу (и хотя речь пока идёт о статье «хулиганство«, разбираться будет всё тот же справедливый российский суд, о котором речь шла выше). Однако, именно в связи с отсутствием механизмов её, частной собственности, защиты, — от приезжих ли, от местных ли — и из-за продолжающихся ошибок государственных деятелей больше всего пострадали совершенно невинные частные лица (ну, и немного перепало местным властям).

Возможно, когда-нибудь народ созреет до того, чтобы идти громить не витрины и автомобили, а башни Кремля — однако я всей душой надеюсь на мирный исход. Правда, если в ближайший год-два в России не разрешат свободное ношение оружия, а эффективность правоохранительных органов останется на прежнем уровне, стоит ожидать всё новые и новые поводы поговорить о национализме в России: очередные Манежку, Среднеуральск, Сагру, Кандапогу, Пугачёв, Бирюлёво. И я вновь не исключаю возможность/опасность насильственной смены режима.

В любом случае, желаю скорейшей поимки убийцы. А то у него стремительно портится карма.

Upd.: Порча чужого имущества, побои, проникновение на чужую собственность. Ни стекла ТЦ, ни уличные мусорные баки, ни автомобили (их владельцев проверили на национальность?), ни случайные прохожие не имели отношения к совершенному ранее убийству. Я не вижу ни одной причины, почему совершившие эти преступления люди не должны понести наказания в соответствие с законом.

Upd.2: Поэтому можно сейчас любую чушь сейчас нести про подстрекательства экстремистов, про разгул национализма и тд. Все всё понимают.
Если нет справедливой системы решения конфликтов и проблем, то люди будут создавать её сами, примитивным и стихийным образом.
Это ожидаемо: ведь их же убивают.

Upd.3: Кермлин Раша предсказывал Бирюлево полтора месяца назад

Upd.4: И получится в итоге, что после убийства ОДНИМ кавказцем ОДНОГО русского, куча русских в касках и с щитами будет бить кучу русских без щитов и касок. Еще достанется нескольким Рено Логанам простых жителей Бирюлева и паре холодильников с напитками компании Кока-кола. Но реальные проблемы — отсутствие нормальной полиции и равенства перед законом — не то что не будут решены, о них даже не заикнутся.

Upd.5: Оснований для анти-кавказских волнений не было. Обычное бытовое убийство. Не то что убийца зарезал Егора, чтобы Курбан-Байрам отпраздновать, или в ходе спора о Ермолове. Это не была этническая преступная банда, издевавшаяся над православными россиянами. Просто пьяный или обкуренный отморозок, ночная встреча с трагическим финалом.

Upd.6: Немытые нелегалы и отчаянные кавказские гости на «Приорах» без тормозов — враг видимый, враг первого уровня. Но есть другая ненависть, лютая, раздирающая, куда более глубоко сидящая — к несправедливости, которую допускает власть. Именно об этом кричали поддатые «защитники» Бирюлева воскресным вечером 13 октября. А что у пьяного на языке, то у трезвого глубоко в подкорке.

Легализация оружия как условие мирного разгосударствления

Или почему вооруженным людям не страшна никакая революция.Одной из основных функций государства — исконно государственных монополий — является силовое обеспечение защиты права. Именно о ней в первую вспоминает, столкнувшись с либертарианской и особенно анархистской теориями государства и права, рядовой обыватель, когда спрашивает «а кто же тогда защитит нас от произвола капиталистов/бандитов/интервентов?»

Многие исследователи этого вопроса предполагают наличие частной полиции, занимающейся стражей порядка, не имея монополии на насилие, а конкурируя с другими охранными агентствами и полицейскими организациями. Об этом писал ещё Ротбард в 1973. Действительно, такая форма организации защиты прав выглядит вполне логичной и естественной. Некоторые говорят о более сложных структурах, применяющих многоступенчатую систему страхования. Это уже больше, чем просто охранное агентство — такие организации напоминают полноценное государство, с армией, налогами и пенсионным фондом — разве что лишённое прав монополиста и существующее в условиях конкуренции с другими страховыми агентствами-государствами. Существует довольно подробное описание такой модели у oetar. Такой неофеодализм и современное средневековье вызывают как бурное одобрение, так и жёсткую критику.

Однако такие теоретические модели описывают вероятное общество уже состоявшегося капитализма, где рыночные отношения распространены за пределы чисто экономических отношений и пронизывают всю общественную жизнь. Во-первых, они могут и не реализоваться. Во-вторых, модели перехода от социализма и государственного капитализма к полностью свободному рынку до сих пор являются слабо разработанной стороной теории рыночного анархизма.

Что произойдёт при ликвидации государства? Есть мнение, что уже существующие страховые агентства и частные охранные предприятия моментально займут освободившуюся нишу. Минархистская и неолиберальная критика обращает внимание на то, что в этот момент велик риск восстановления государства — ещё более страшного тирана, чем было то, которое позволило себя развалить. Действительно, мало что ограничивает частных полицейских от соблазна заниматься простым бандитизмом. Конкуренты, которые могли бы дать им отпор, на начальной стадии ещё не успели наработать сколько-нибудь серьёзную клиентскую базу, которую в теории им должно быть выгодно защищать от рэкетиров. Лидеры группировок вовсе не обязаны что-то понимать в либертарианской теории, а договариваясь о разделе сфер влияния могут разделить их привычным и понятным способом — территориально. И вместо одного государства, имеющего монополию на огромной территории, мы получаем конгломерат мелких княжеств. Такое положение могло бы удовлетворить федералистов, выступающих за децентрализацию государственного регулирования, однако совсем не соответствует принципам анархизма.

Я сомневаюсь в мирном сценарии добровольной ликвидации государства. Вероятнее всего должен произойти природный катаклизм или социально-политический кризис, возможно даже насильственная ликвидация государства. Что-то подобное наша страна испытывала в 1993. Вряд ли, оставшись без государственного контроля, охранные агентства станут рекламировать свои услуги, а обыватели со счастливыми лицами пойдут оформлять страховые полисы в новоявленных агентствах-государствах. Скорее всего, как и в лихие 90-е, начнётся насильственное перераспределение капитала, а вместо честных агентств мы увидим мафиозные группировки.

Должны существовать определённые предпосылки, не позволяющие восстановить территориальную монополию и это должно быть что-то серьёзнее, чем просто либертарианская пропаганда и образование. У людей должны существовать инструменты для защиты своих прав без помощи каких-либо агентств, если на «рынке» насилия не окажется качественного предложения.

«Свободный человек, никогда не может быть ограничен в праве использования оружия. Прежде всего оружие необходимо человеку потому, что оно — последний Рубикон, охраняющий его от тирании правительства» — так считал Томас Джефферсон, один из авторов декларации независимости США. И скорее всего именно в легализации оружия заключается решение поставленной выше проблемы. При ликвидации монополии на насилие, общество безоружных людей окажется беззащитным перед угрозой восстановления государства в гораздо более ужасной форме, чем прежде. Общество, в котором владение оружием считается не придурью, а нормой, бандитам будет сложнее установить насильственную власть.

Возможно, риск получить отпор не остановит беспредел бандитов. Но даже в случае, если все частные полицейские и охранные агентства превратятся в банды и займутся грабежами и убийствами, у вооружённых людей есть возможность организовать свои банды, сплотиться против угрозы и дать достойный отпор. Один человек с пистолетом может защитить свою квартиру и семью, несколько таких бравых ребят в подъезде и двор уже становится безопасным. Скорее всего у бандитов не хватит смелости и наглости на открытое противостояние со всем обществом. Насилие становится невыгодным — кто-то поймёт это сразу, хотя найдутся и те, кому для понимания нужны будут один-два неудачных налёта и бесславная смерть подельников. Чем шире распространено личное оружие, тем меньше крови потребуется для перехода от государственной монополии к свободному рынку.

Таким же образом у людей расширяется выбор. Им не уже нужно выбирать между одними бандитами и другими, если они могут отказаться от услуг бандитов вообще. Такой выбор есть у нас при пользовании другими товарами и услугами: поесть в кафе или приготовить самому; покупать продукты в магазине, на рынке, или выращивать овощи в саду; самостоятельно постричь себя, попросить тётю Зину, или сходить в салон красоты; купить одежду в бутике, на распродаже, в секонд-хэнде, или сшить самостоятельно; отдать ребёнка в детский сад, нанять няню, или сидеть самой. Такой выбор должен быть и в ситуации с услугами защиты.

Конечно, при стабилизации отношений в обществе, когда все бандиты умерли или, пересмотрев методы, нашли себе более цивилизованные занятие, а деловая активность возросла, многие люди передадут функции защиты тем, кто делает это лучше и эффективнее, как они позволяют другим людям готовить им еду, стричь их волосы, воспитывать их детей. По началу немногие обеспеченные смогут это позволить, но при повышении уровня жизни, а также удешевлении услуг защиты, оплачивать страховой полис будет так же естественно и просто, как чистить зубы и носить нижнее бельё — странно,если вы этого не делаете.

И тут может возникнуть обратная тенденция, когда глупой роскошью будет считаться не своё охранное агентство, а личное оружие дома. В этом случае люди будут стремиться иметь свою двустволку как символ достатка. Бедняк арендует комнату, пользуется прокатом велосипедов или общественным транспортом и отстёгивает своеобразный налог той или иной охранно-страховой фирме, потому что в краткосрочной перспективе это дёшево. Но при этом мечтает жить как богач — иметь свой дом, личный автомобиль и шестизарядный кольт. А при росте уровня жизни каждый сможет позволить его себе купить так, что частные охранные агентства станут попросту не нужны. Такие колебания могут происходить бесконечно, зависеть от неэкономических факторов, таких как мода.

В пользу общества без организованных поставщиков насилия имеются и другие аргументы. Очень часто гражданская инициатива эффективнее профессионального вмешательства. Очень дорого размещать на каждом углу по полицейскому — столько полицейских не хватит. Толпа на рынке быстрее изловит вора, чем профессиональный коп вообще доберётся до места происшествия. Рост уровня жизни, также как и более серьёзная, чем в современном обществе, угроза быть пойманным может привести к радикальному снижению уровня преступности в таком обществе.

В чём я ещё не согласен с моделью, предложенной oetar, так это в концентрации всех функций страхования в единый пакет услуг. Во-первых, страхование у него неотрывно от услуг насилия/защиты. Во-вторых, представляют единое целое и предоставляются одним типом фирмы — страховым агентством, хотя уже в наше время существует обратная тенденция, когда страхуют все, кому не лень.

Функции страхования вовсе не обязательно должны быть непосредственно связаны с услугами защиты или насилия — многие страховые случаи не имеют к этому никакого отношения. А само страхование имеет скорее функцию сбережения средств на чёрный день — исключительно финансовую функцию. Поэтому страхование как услуга уже в наши дни попадает в зону компетенции не охранных агентств, а коммерческих банков — например, услуга «Альфа-страхование» у Альфа-Банка или «Русский Стандарт Страхование» банка Русский Стандарт. Сюда же относятся и негосударственные пенсионные фонды, которые создаются на основе коммерческих банков. Дело в том, что эффективность страховой фирмы заключается не в том (или не только в том), чтобы предотвратить несчастные страховые случаи — от многих из них, как говорится, никто не застрахован, — а в том, чтобы эффективно использовать средства, полученные от застрахованных лиц, чтобы они, в случае наступления страхового случая, гарантированно получили свои выплаты. Таким образом. страхование — это форма сбережений, эффективным использованием которых издавна занимаются банкиры.

Страхование, как услугу, можно также разделить по целям, на которые должны пойти страховые выплаты. Так, пенсионное страхование и страхование вкладов может остаться на банках, а страхование жизни и здоровья оформляться в медицинских учреждениях, автострахование — в автомастерских и так далее. Тогда в случае несчастного случая клиенту не придётся оформлять ненужные документы и ждать, пока страховой агент перечислит деньги. Вместо денег он сразу получает лечение — в медцентре, и ремонт автомобиля — в автомастерской. Такая схема также позволит снизить число нечестных страхователей, которые, например, сперва оформляют страховку, разбивают авто, а потом, сговорившись с автомехаником, присваивают себе деньги и тратят их нецелевым способом.

Таким образом, существование единых охранно-страховых агентств-государств вовсе не обязательно при рыночном анархизме, равно как и феодальный делёж территории. И даже если такие фирмы будут существовать — повсеместно или в качестве исключения, — легализация оружия, при этом, является не только следствием реализации прав человека, но и важнейшее условием перехода к анархо-капиталистической модели либертарианского общества.

Последнее, о чём ещё хотел бы порассуждать — это ядерное оружие. oetar объясняет, почему агентствам или бандитам будет сложно применять ядерное оружие. Дело даже не в балансе сил и взаимных сдержках и противовесах: уничтожить конкурентов чаще всего возможно лишь сбросив бомбу или на своих же клиентов или на голову самому себе. Более того, он предполагает целую иерархию агентств-государств, каждый уровень с целями, деятельность и вооружением своего масштаба. Однако мне видится, что уровень ядерного вооружения просуществует недолго, окажись такое оружие в частных руках. Ведь для бизнеса вредно не только применение урановых боеголовок. Просто хранить их в запасе, позволяя ядрам медленно распадаться, когда мир переходит из эры нефти и газа в эру урана и плутония, а темпы использования радиоактивного топлива уже сейчас превышают темпы его добычи — это вопиющее упущение возможностей. Чем позволять ценному ресурсу гнить в ангарах, гораздо выгодней обогащать его и запускать в оборот на атомных электростанциях. Конечно, какой-то экстренный минимум всё же останется — до тех пор, пока не станет совершенно ясно, что конкурирующие владельцы ядерного топлива также не заинтересованы применять своё вооружение иначе как в обогатительных центрифугах и АЭС.