Несанкционированные митинги: Москва, Челябинск, вся страна

Если кто не в курсе (а такие реально существуют, я с такими сегодня общался), есть такой общественный и политический деятель, Алексей Навальный. Уже долгое время он занимается расследованиями коррупционных схем, и у нынешней власти он как кость в горле. Более того, Алексей — зарегистрированный кандидат в мэры Москвы на предстоящих выборах.

Если кто не в курсе (такие, естественно, тоже есть), Алексея вместе с совершенно случайно пострадавшим человеком — Петром Офицеровым — приговорили к выплате 500 тыс штрафа и 5 (Офицерова — 4) годам колонии общего режима. Дело сфабрикованное и очевидно политическое — человека садят в тюрьму за активную гражданскую позицию.

По всей стране сегодня проходят несанкционированные митинги, шествия, пикеты — это называется «прогулка».

Я сегодня поработал гражданским журналистом: пришёл на несанкционированный митинг и занимался любимым делом: без ума фотографировал и твитил. Одна моя фотка даже ушла в псто в жж Варламова. Фотоотчёт можно найти в твиторе или на вконтакте.

На самой прогулке были представители СМИ, нескольких людей интервьюировали на камеру, меня порасспрашивала девушка с микрофоном.

На вопрос, зачем я пришёл туда, я честно ответил: просто посмотреть. На вопрос, можно ли добиться чего-либо этим «митингом», я ответил примерно так: такие собрания должны в первую очередь продемонстрировать, что есть ещё люди, которым не плевать, что не один Алексей готов отстаивать свои права, что ты не один на весь город читаешь его ЖЖ и что люди способны реально выходить на улицы, а не просто постить гневные псто в уютные бложики.

Митинги во многих регионах носят функцию моральной поддержки: поддержать самих себя и друг друга, а также продемонстрировать эту поддержку тем, кто занимается непосредственной политической борьбой. В Москве, Санкт-Петербурге и таких городах как Екатеринбург стадия «моральной поддержки» давно пройдена: здесь люди собираются, чтобы оказывать реальное давление на государство.

То, что Челябинская прогулка собрала от силы 300 человек, это плохо: могло быть больше, и это хорошо: я боялся, что будет меньше. Наш город ещё не созрел для более широкой активности, люди здесь более инертны, консервативны, более склонны к этатизму и иждивенничеству. Это не хорошо и не плохо, это так есть, но это можно изменить.

А вот в более продвинутых городах люди уже осознали свою силу и возможность, а также необходимость активно бороться с нарушением своих прав.

Арест Навального и Офицерова — это насилие. Насилие необоснованное, несимметричное, это нарушение свободы, это нарушение права собственности человека на себя — и многих производных прав. Государство, имеющее на это насилие монополию, вполне способно злоупотреблять им. Бороться с злоупотреблением насилием можно лишь создавая конкуренцию: применяя ответное насилие.

Митинги — это давление, форма насилия. Это симметричный ответ на нарушение или угрозу нарушения прав. При этом, это насилие направленно не против условно невинных людей — исполнителей насилия, а против всей государственной системы и тех, кто ей управляет — заказчиков насилия.

Люди, прямо сейчас находящиеся на центральных площадях в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и других городах, способны защитить наиболее ответственных, честных и продуктивных своих представителей от государственного насилия, если просто не будут расходиться по домам, а продолжат давить на власть, которая боится открытой конфронтации* — и её можно понять.

Поэтому я призываю Манежную площадь к тому, на что пока не способно Алое Поле: стоять до конца.

Сейчас важно вывести государство на диалог на равных. А для этого необходимо продемонстрировать, что власть имущие и остальной народ по силе равны. Более того, простые налогоплательщики сильнее чиновников, ведь вторые живут за счёт первых. Отношения государства и народа — это отношения партнёров, либо отношения подчинённого и работодателя. Необходимо поставить зарвавшегося подчинённого на место и либо заставить соблюдать условия «общественного договора», либо уволить.

Сейчас на это способны далеко не все города. Именно поэтому сейчас внимание многих неравнодушных людей приковано к ситуации на Манежной площади: к сожалению или к счастью, там сейчас решается судьба всей страны.** Надеемся на лучшее. Как всегда.

____________________________________________________

*Важно, при этом, не переходить грань и не скатываться в революционные погромы — таким образом можно не только не остановить государственное насилие, но и спровоцировать волну террора. Революции никогда не уничтожали государство полностью, они создавали новое — хитрее и злее.

**К счастью, потому что есть шанс, что вся страна окажется на шаг ближе к свободе. Сожаление вызывает зависимость всей страны от центра. Когда московское меньшинство решает судьбу всероссийского большинства, получается какая-то диктатура одного города

Реклама

Коррупция это весело

Если бы судьи не получали оклад из бюджета, а как частные лица зарабатывали себе на хлеб честным трудом и деловой репутацией, суд по делу Навального был бы смертельно скучным.

Вполне вероятно, что суда вовсе не было бы.

Когда читаешь новости из зала суда и трансляции в твитор, не возникает ощущения, будто вершится правосудие:

Свидетели путаются в показаниях и противоречат протоколу, а прокурор подсказывает верные слова; ФСБ признают осуществление незаконной прослушки, а у понятых в прописке указаны не существующие адреса; судья спокойно причисляет к делу материалы, даже о существовании которых не знают ни подсудимый, ни адвокат.

При этом ни для кого из участников фарса не является секретом, что единственная причина нахождения Навального на скамье подсудимых — это его общественно-политическая деятельность.

Складывается впечатление, что читаешь сценарий какого-то пародийного шоу наподобие Большой Разницы.

Это происходит в том числе и потому, что труд судьи оплачивается из тех средств, что представители исполнительной ветви власти наворовали в нарушение, обход или в соответствии с законами, которые разработали представители законодательной ветви. Система сдержек и противовесов не работает. Заработок судьи зависит не от того, насколько честно и справедливо он судит, а от того, насколько верно он исполняет волю вышестоящего руководства*

Но будь всё иначе, будь суды по-настоящему независимыми, резонансные дела не были бы такими нелепыми, а вести из зала не вызывали бы скорбные улыбки.

Так что коррумпированная суверенная демократия — это очень весело. До поры.