Чиновники и рыночек by aluminiumgeek

Т.к. этот пост отлично подходит по тематике к этому блогу, украду его целиком (в ЖЖ это обычная мировая практика).

От себя добавлю, что хотя Бритва Хэнлона прекрасно работает с российскими чиновниками, в данном случае одна чиновничья тупость намеренно эксплуатируется другой чиновничьей тупостью, а это уже сродни злому умыслу. Но пост, всё-таки, не об этом.

Миша пишет редко, но метко. Хочу, чтобы вы его читали. Оригинал: Blog.AluminiumGeek.ru


Если вы думаете, что фраза «нет основания не доверять УФМС», ставшая мемом, применима только к УФМС, вы ошибаетесь. Такой бардак существует абсолютно в любой государственной службе. Читать далее

Реклама

Мне объявлена война

Прошу распространить как можно шире: Челябинская епархия объявила войну реконструкторскому музею-поселению.

Пока вся Россия интересуется тем, «чо там у хохлов», против российских граждан ведётся война. Эта война против свободы мысли, совести и слова.

Эту войну ведёт Правительство РФ, в частности Министерство Культуры и Министерство Образования, а также Российская Православная Церковь, руками Прокуратуры РФ и судебной системы, при попустительстве Государственной Думы РФ, легализирующей эту войну своими идиотскими законами.

Российская Православная Церковь — экстремистская организация, нарушающая Конституцию РФ и УК РФ, нарушающая свободу мысли, слова, совести и вероисповедания, а также проводящая политику искажения истории и нетерпимости к славянскому прошлому русского народа.

Читать далее

Защита Касперского

Вчера Евгений Касперский, человек и антивирус, дал интервью Ленте.ру — и сегодня моя лента пестрит едкими комментариями о том, какая же он сволочь и мразь, этот Касперский, а также призывами бойкотировать продукцию его «Лаборатории» — так сказать, голосовать рублём.

Я это интервью, естественно, прочитал, и — удивительно! — не нашёл там ничего страшного!

Преступление Касперского заключается в том, что он слишком верит в государство. Он считает, что Сноуден не сказал ничего, чего бы не было известно до его «разоблачений», но при этом совершил страшный грех предательства. Он уверен, что только вмешательство спецслужб предотвратило многие терракты (должны ли были произойти какие-либо терракты, он не задумывается). Он верит, что именно государство должно наводить порядок в интернете. Он сказал, что Навальный — это детский сад!

Эти и подобные мысли, высказываемые им в этом или прошлых интервью и публичных заявлениях являются лишь следствием тотального заблуждения. Представьте себе, люди могут ошибаться! Я сам когда-то считал частную собственность вторым, наряду с государством, корнем зла. Так многие этатисты (тот же Навальный) держатся за государство лишь потому, что попросту не в курсе существования альтернатив — либо не верят в них.

Так, Касперский призывает усилить гос.контроль в Интернете. При этом он очень верно подметил: он исполняет три куплета этой песни, а все слышат только один. Дело в том, что в этом одном куплете он действительно не прав, но прав в остальном. Интернету действительно не хватает порядка. А порядок действительно нужен. Все хотят жить на чистой улице в отапливаемом доме с целыми окнами. А Касперский хочет жить в чистом, порядочном интернете.

Другое дело, что он слишком полагается на государство и не верит, что интернет способен на это сам. Тем не менее, это не так. Модерация и банхаммер существуют чуть ли не с зарождения сети. Более того, даже такие участники сети, как торрент-трекеры имеют тенденцию к саморегулированию и самоцензуре. А с теми явлениями. с которыми бесполезно бороться на выходе — как мало толку от очистных сооружений при нынешнем качестве труб — можно исправлять на входе: ставить фильтры, плагины, антивирусы (того же Касперского).

Говоря о спецслужбах, Касперский чётко определяет: есть личные данные, к которым прикасаться однозначно запрещено. А когда Касперского обвиняют в сотрудничестве со спецслужбами, то это сотрудничество касается в основном данных спорной промежуточной категории между личными и публичными — и выбор в пользу вмешательства в эти данные не делают Касперского и его команду такими уж монстарми. Тем более, что подавляющий способ сотрудничества — это консультации. Касперский просто делится информацией, занимается просвещением, распространяет контент — то, за что среди пиратов, демократов и интеллектуалов принято хвалить, а не ругать.

Что касается персоналий Сноудена и Навального, то его отказ от преклонения перед «героями» можно только поприветствовать. Здесь я даже во многом согласен с ним. Сноудену грозит большее наказание, чем он нанёс урона спецслужбам. А культ личности Навального и вовсе стал притчей во языцех.

Наконец, даже если Касперский вовсе не заблуждается, а осознанно врёт за деньги Кремля, то не стоит забывать, что слова подтверждаются действием.

Что говорит Касперский? Вор (кибер) должен сидеть в тюрьме. Что делает Касперский? Мочит хакеров в соритре.

Человек имеет убеждения, делает заявления — и поступает в соответствии с ними. О многих ли публичных людях можно сказать то же самое?

Почитайте статью Медведева в Ведомостях. Почитайте (или посмотрите/послушайте) речь Путина на Валдае. И сравните с реально проводимой политикой; с действительно выпускаемыми и подписываемыми актами, законами, поправками, постановлениями. Вот кто мрази. Вот кто сволочи.

А Касперский — я уверен — просто заблуждается. Как заблуждался я когда-то, как наверняка заблуждались многие мои сопартийцы, как до сих пор заблуждаются миллионы людей. Киньте в него книжкой Мизеса, проведите с ним дебаты, покажите какое-нибудь хорошее кино. А потом посмотрите на себя, сами перечитайте классиков, свежим взглядом осмотрите свои записи в блоге — вдруг вы тоже что-то подзабыли или в чём-то заблуждаетесь.

Легализация оружия как условие мирного разгосударствления

Или почему вооруженным людям не страшна никакая революция.Одной из основных функций государства — исконно государственных монополий — является силовое обеспечение защиты права. Именно о ней в первую вспоминает, столкнувшись с либертарианской и особенно анархистской теориями государства и права, рядовой обыватель, когда спрашивает «а кто же тогда защитит нас от произвола капиталистов/бандитов/интервентов?»

Многие исследователи этого вопроса предполагают наличие частной полиции, занимающейся стражей порядка, не имея монополии на насилие, а конкурируя с другими охранными агентствами и полицейскими организациями. Об этом писал ещё Ротбард в 1973. Действительно, такая форма организации защиты прав выглядит вполне логичной и естественной. Некоторые говорят о более сложных структурах, применяющих многоступенчатую систему страхования. Это уже больше, чем просто охранное агентство — такие организации напоминают полноценное государство, с армией, налогами и пенсионным фондом — разве что лишённое прав монополиста и существующее в условиях конкуренции с другими страховыми агентствами-государствами. Существует довольно подробное описание такой модели у oetar. Такой неофеодализм и современное средневековье вызывают как бурное одобрение, так и жёсткую критику.

Однако такие теоретические модели описывают вероятное общество уже состоявшегося капитализма, где рыночные отношения распространены за пределы чисто экономических отношений и пронизывают всю общественную жизнь. Во-первых, они могут и не реализоваться. Во-вторых, модели перехода от социализма и государственного капитализма к полностью свободному рынку до сих пор являются слабо разработанной стороной теории рыночного анархизма.

Что произойдёт при ликвидации государства? Есть мнение, что уже существующие страховые агентства и частные охранные предприятия моментально займут освободившуюся нишу. Минархистская и неолиберальная критика обращает внимание на то, что в этот момент велик риск восстановления государства — ещё более страшного тирана, чем было то, которое позволило себя развалить. Действительно, мало что ограничивает частных полицейских от соблазна заниматься простым бандитизмом. Конкуренты, которые могли бы дать им отпор, на начальной стадии ещё не успели наработать сколько-нибудь серьёзную клиентскую базу, которую в теории им должно быть выгодно защищать от рэкетиров. Лидеры группировок вовсе не обязаны что-то понимать в либертарианской теории, а договариваясь о разделе сфер влияния могут разделить их привычным и понятным способом — территориально. И вместо одного государства, имеющего монополию на огромной территории, мы получаем конгломерат мелких княжеств. Такое положение могло бы удовлетворить федералистов, выступающих за децентрализацию государственного регулирования, однако совсем не соответствует принципам анархизма.

Я сомневаюсь в мирном сценарии добровольной ликвидации государства. Вероятнее всего должен произойти природный катаклизм или социально-политический кризис, возможно даже насильственная ликвидация государства. Что-то подобное наша страна испытывала в 1993. Вряд ли, оставшись без государственного контроля, охранные агентства станут рекламировать свои услуги, а обыватели со счастливыми лицами пойдут оформлять страховые полисы в новоявленных агентствах-государствах. Скорее всего, как и в лихие 90-е, начнётся насильственное перераспределение капитала, а вместо честных агентств мы увидим мафиозные группировки.

Должны существовать определённые предпосылки, не позволяющие восстановить территориальную монополию и это должно быть что-то серьёзнее, чем просто либертарианская пропаганда и образование. У людей должны существовать инструменты для защиты своих прав без помощи каких-либо агентств, если на «рынке» насилия не окажется качественного предложения.

«Свободный человек, никогда не может быть ограничен в праве использования оружия. Прежде всего оружие необходимо человеку потому, что оно — последний Рубикон, охраняющий его от тирании правительства» — так считал Томас Джефферсон, один из авторов декларации независимости США. И скорее всего именно в легализации оружия заключается решение поставленной выше проблемы. При ликвидации монополии на насилие, общество безоружных людей окажется беззащитным перед угрозой восстановления государства в гораздо более ужасной форме, чем прежде. Общество, в котором владение оружием считается не придурью, а нормой, бандитам будет сложнее установить насильственную власть.

Возможно, риск получить отпор не остановит беспредел бандитов. Но даже в случае, если все частные полицейские и охранные агентства превратятся в банды и займутся грабежами и убийствами, у вооружённых людей есть возможность организовать свои банды, сплотиться против угрозы и дать достойный отпор. Один человек с пистолетом может защитить свою квартиру и семью, несколько таких бравых ребят в подъезде и двор уже становится безопасным. Скорее всего у бандитов не хватит смелости и наглости на открытое противостояние со всем обществом. Насилие становится невыгодным — кто-то поймёт это сразу, хотя найдутся и те, кому для понимания нужны будут один-два неудачных налёта и бесславная смерть подельников. Чем шире распространено личное оружие, тем меньше крови потребуется для перехода от государственной монополии к свободному рынку.

Таким же образом у людей расширяется выбор. Им не уже нужно выбирать между одними бандитами и другими, если они могут отказаться от услуг бандитов вообще. Такой выбор есть у нас при пользовании другими товарами и услугами: поесть в кафе или приготовить самому; покупать продукты в магазине, на рынке, или выращивать овощи в саду; самостоятельно постричь себя, попросить тётю Зину, или сходить в салон красоты; купить одежду в бутике, на распродаже, в секонд-хэнде, или сшить самостоятельно; отдать ребёнка в детский сад, нанять няню, или сидеть самой. Такой выбор должен быть и в ситуации с услугами защиты.

Конечно, при стабилизации отношений в обществе, когда все бандиты умерли или, пересмотрев методы, нашли себе более цивилизованные занятие, а деловая активность возросла, многие люди передадут функции защиты тем, кто делает это лучше и эффективнее, как они позволяют другим людям готовить им еду, стричь их волосы, воспитывать их детей. По началу немногие обеспеченные смогут это позволить, но при повышении уровня жизни, а также удешевлении услуг защиты, оплачивать страховой полис будет так же естественно и просто, как чистить зубы и носить нижнее бельё — странно,если вы этого не делаете.

И тут может возникнуть обратная тенденция, когда глупой роскошью будет считаться не своё охранное агентство, а личное оружие дома. В этом случае люди будут стремиться иметь свою двустволку как символ достатка. Бедняк арендует комнату, пользуется прокатом велосипедов или общественным транспортом и отстёгивает своеобразный налог той или иной охранно-страховой фирме, потому что в краткосрочной перспективе это дёшево. Но при этом мечтает жить как богач — иметь свой дом, личный автомобиль и шестизарядный кольт. А при росте уровня жизни каждый сможет позволить его себе купить так, что частные охранные агентства станут попросту не нужны. Такие колебания могут происходить бесконечно, зависеть от неэкономических факторов, таких как мода.

В пользу общества без организованных поставщиков насилия имеются и другие аргументы. Очень часто гражданская инициатива эффективнее профессионального вмешательства. Очень дорого размещать на каждом углу по полицейскому — столько полицейских не хватит. Толпа на рынке быстрее изловит вора, чем профессиональный коп вообще доберётся до места происшествия. Рост уровня жизни, также как и более серьёзная, чем в современном обществе, угроза быть пойманным может привести к радикальному снижению уровня преступности в таком обществе.

В чём я ещё не согласен с моделью, предложенной oetar, так это в концентрации всех функций страхования в единый пакет услуг. Во-первых, страхование у него неотрывно от услуг насилия/защиты. Во-вторых, представляют единое целое и предоставляются одним типом фирмы — страховым агентством, хотя уже в наше время существует обратная тенденция, когда страхуют все, кому не лень.

Функции страхования вовсе не обязательно должны быть непосредственно связаны с услугами защиты или насилия — многие страховые случаи не имеют к этому никакого отношения. А само страхование имеет скорее функцию сбережения средств на чёрный день — исключительно финансовую функцию. Поэтому страхование как услуга уже в наши дни попадает в зону компетенции не охранных агентств, а коммерческих банков — например, услуга «Альфа-страхование» у Альфа-Банка или «Русский Стандарт Страхование» банка Русский Стандарт. Сюда же относятся и негосударственные пенсионные фонды, которые создаются на основе коммерческих банков. Дело в том, что эффективность страховой фирмы заключается не в том (или не только в том), чтобы предотвратить несчастные страховые случаи — от многих из них, как говорится, никто не застрахован, — а в том, чтобы эффективно использовать средства, полученные от застрахованных лиц, чтобы они, в случае наступления страхового случая, гарантированно получили свои выплаты. Таким образом. страхование — это форма сбережений, эффективным использованием которых издавна занимаются банкиры.

Страхование, как услугу, можно также разделить по целям, на которые должны пойти страховые выплаты. Так, пенсионное страхование и страхование вкладов может остаться на банках, а страхование жизни и здоровья оформляться в медицинских учреждениях, автострахование — в автомастерских и так далее. Тогда в случае несчастного случая клиенту не придётся оформлять ненужные документы и ждать, пока страховой агент перечислит деньги. Вместо денег он сразу получает лечение — в медцентре, и ремонт автомобиля — в автомастерской. Такая схема также позволит снизить число нечестных страхователей, которые, например, сперва оформляют страховку, разбивают авто, а потом, сговорившись с автомехаником, присваивают себе деньги и тратят их нецелевым способом.

Таким образом, существование единых охранно-страховых агентств-государств вовсе не обязательно при рыночном анархизме, равно как и феодальный делёж территории. И даже если такие фирмы будут существовать — повсеместно или в качестве исключения, — легализация оружия, при этом, является не только следствием реализации прав человека, но и важнейшее условием перехода к анархо-капиталистической модели либертарианского общества.

Последнее, о чём ещё хотел бы порассуждать — это ядерное оружие. oetar объясняет, почему агентствам или бандитам будет сложно применять ядерное оружие. Дело даже не в балансе сил и взаимных сдержках и противовесах: уничтожить конкурентов чаще всего возможно лишь сбросив бомбу или на своих же клиентов или на голову самому себе. Более того, он предполагает целую иерархию агентств-государств, каждый уровень с целями, деятельность и вооружением своего масштаба. Однако мне видится, что уровень ядерного вооружения просуществует недолго, окажись такое оружие в частных руках. Ведь для бизнеса вредно не только применение урановых боеголовок. Просто хранить их в запасе, позволяя ядрам медленно распадаться, когда мир переходит из эры нефти и газа в эру урана и плутония, а темпы использования радиоактивного топлива уже сейчас превышают темпы его добычи — это вопиющее упущение возможностей. Чем позволять ценному ресурсу гнить в ангарах, гораздо выгодней обогащать его и запускать в оборот на атомных электростанциях. Конечно, какой-то экстренный минимум всё же останется — до тех пор, пока не станет совершенно ясно, что конкурирующие владельцы ядерного топлива также не заинтересованы применять своё вооружение иначе как в обогатительных центрифугах и АЭС.

Партия «Единый Windows»

Капиталист Стив Джобс создал прекрасную во многих смыслах компанию, просто потому что он не чурался прибыли, не боялся прибыли, стремился к прибыли. При этом он стремился не только к прибыли, потому его продукты отличаются красотой и изяществом, и раскупаются как горячие пирожки несмотря на космические цены. Команда Apple нашли своих покупателей и создали для них целый мир, свою культуру — мир людей, которых сейчас презрительно зовут яблочниками или яблокофилами.

Но мир не вертится вокруг Apple и в мире много других людей, яблочниками не являющихся. Они не видят каких-то преимуществ iпродуктов перед продукцией Samsung, а разница в производительности между PC и Mac не оправдывает разницу в ценах.

Компания Microsoft также существует ради и благодаря прибыли, но её создатели в своё время стремились к удобству и функциональности. В результате несмотря на то, что Windows и прочие продукты MS всё ещё являются сырыми и каждый новый выпуск лишь очередное обновление бета-версии нормального ПО, подавляющее большинство пользователей предпочитают продукцию мелкомягких. Хотя она не славится стабильностью и безопасностью, она характеризуется удобным, привычным интерфейсом и большим числом приложений, совместимых с Windows или изначально создававшихся для этой ОС.

Компании вынуждены угождать пользователям, чтобы выживать. Компания Sony когда-то была мировым лидером мира электроники, а сейчас отступает по всем фронтам потому, что кроме прибыли преследовала лишь одну цель: прогресс ради прогресса.

Наконец, после создания Linux все *nix-системы создаются не только для пользователей, но и самими пользователями. В отличие от других двух гигантов мира операционных систем, у Linux нет единого производителя и нет единственного конечного продукта. Вместо этого существуют тысячи независимых разработчиков и десятки разнообразных дистрибутивов — каждый со своим дизайном, уровнем проработки, числом ошибок и удобством пользования. Есть свои гиганты, есть свои аутсайдеры, одни ОС появляются и набирают популярность, другие становятся невостребованными.

Каждый может выбрать ОС себе по вкусу, каждый может приобрести не один гаджет от разных производителей, каждый волен вовсе отказаться от использования результатов технического прогресса. Это и есть свободный рынок, а дистрибутивы Linux — это целый рынок внутри рынка, весьма коммунистичный, несмотря на капиталистическую систему.

Но представьте, что кто-нибудь захочет внести порядок в этот хаос. Он скажет, что Apple «незаконно» загребает огромные прибыли, тогда как создатели Linux работают бесплатно, за идею. Обяжет Apple снизить цены (из-за чего фирма либо разорится, либо снизит качество), а пользователей Linux приобретать дистрибутивы и обновления к ним по цене MS Windows (из-за чего никто ими больше не станет пользоваться). Или, например, издаст распоряжение, что все государственные органы, частные компании и физические лица должны будут приобретать исключительно продукцию Microsoft как наиболее удобную и понятную (для этого распорядителя) систему — чтобы Гейтс и компания могли спокойно разрабатывать идеальную ОС, не отвлекаясь на конкурентную борьбу за потребителя. Выдаст лицензию Microsoft, а другим компаниям выдавать не будет. Или выдаст по началу, для имитации свободного рынка, а потом отзовёт лицензии у всех, кто может составить хоть какую-то конкуренцию. Более того, в рамках всенародной/всемирной компьютеризации обяжет каждого приобрести компьютер, чтобы повысить число пользователей и с одной стороны улучшить состояние всех людей (теперь у каждого компьютер, хоть даже им нечего есть), с другой — финансово поддержать единственного разработчика ПО.

Не будет дорогих, качественных, красивых iпродуктов, позволяющих обладателю чувствовать своё превосходство над прочими. Не будет бесплатных *nix-систем, по надёжности и удобству работы обгоняющих даже iOS. А качество MS Windows которое едва начало улучшаться в последние годы (Windows 7 и 8 считаются говном лишь по инерции, хотя объективно давно стали конкурентоспособным продуктом), за неимением материальных стимулов и ценностных ориентиров вернётся к уровню Win95, но скорее всего просто замрёт в текущем состоянии на долгие годы, как когда-то застрял отечественный автопром.

Фашизм? Социализм? Но ведь именно такая ситуация существует сейчас во многих сферах любого государства: образование, медицина, ж/д транспорт, электроэнергетика, отопление, канализация и водообеспечение, лесное хозяйство, дорожное строительство, пенсионное страхование, суды, полиция — всё это узаконенные монополии. При этом через систему налогообложения нас обязывают платить за предоставление некачественных услуг, которыми мы даже не всегда пользуемся. В школах учатся только усидчивые и послушные,  остальные просто выживают и в пустую тратят своё время — а оплачивают это даже те, у кого не было и никогда не будет детей. Вместо того, чтобы надеяться на полицию, многие предпочитают страховать имущество и платить ЧОПам, но при этом этим людям и организациям никто не делает скидок. ЖКХ является третьей национальной бедой после дорог и чиновников. И ни один государственный суд не признает, что налоги, за счёт которых он существует, являются узаконенным грабежом.

А мы всё равно продолжаем верить в «государство социального обеспечения», «суверенную демократию» и «государственный капитализм» как лучшее, что может создать человечество.

Но больше всего меня удивляют те, кто во всёх своих и общенародных бедах винит монополистов, разглагольствует о справедливости, желает свободы, но при этом продолжает придерживаться принципов этатизма в экономике. Это напоминает наивную веру в Царя-батюшку, который прогонит буржуинов и поднимет Русь-матушку с колен.

При всём при этом, единственный аргумент, который во все времена могло предоставить государство в пользу своего существования — это ментовская дубинка. Остальные аргументы попросту не выдерживают никакой критики.